— Да, именно так, — киваю, но потом поправляюсь. — То есть моя душа из другого мира, Бэйр-то родилась здесь. Но, знаешь, я не прошу тебя в это верить. Можешь забыть, а можешь счесть меня чокнутой, мне все равно. Просто захотелось рассказать тебе правду.
— Это шокирует, — признался Арланд и отошел от меня на несколько шагов, врезался спиной в солнце. Ойкнув от неожиданности, инквизитор решил вообще отойти от конструкции.
Он долго смотрел в одну точку, встав около моего рабочего стола, размышлял о чем-то. Мысли так и носились по его лицу: то бровь поднимется, то губы сожмутся в тугую линию, то глаза сверкнут каким-то особо многозначительным блеском.
— Еще немного, и я подумаю, что ты мне веришь, — замечаю.
— Я верю тебе. И у меня есть на то причины, — отозвался Арланд. — Ты знаешь о Церкви Черных Куполов?
— Нет, — мотаю головой. — Но помню, ты что-то говорил о ней.
— А, может, об Истэке Демонтине? Слышала о нем?
— Да, о нем я знаю! Я как раз его и ищу. Он, кажется, демон из моего мира, каким-то образом залетевший сюда. Он занимался изучением миров и если кто и сможет мне помочь вернуться, так это он.
— Значит, ты знаешь, что демоны из вашего мира могут попасть сюда? А в вашем мире ты их видела?
— Знаю, что они есть у вас, но вот в нашем мире их никто не видел, а если и видел, то все всё равно считают их вымыслом, — пожимаю плечами.
— В таком случае… позволь и мне рассказать тебе кое-что.
Проговорив это очень таинственным голосом, Арланд вдруг принялся раздеваться. Он снял перчатки и швырнул их на землю, потом принялся развязывать тугую шнуровку рубашки. Когда он снял и ее, я, наконец, увидела, что он так долго скрывал.
Не то чтобы у меня челюсть отвисла от увиденного, но удивляться было чему.
— И все? — только и спрашиваю, подходя поближе к инквизитору. — Это что, все, что ты скрывал!?
— А тебе мало? — изумился он.
— Да, мало! Да, ты весь покрыт какими-то серыми иероглифами и вензелями, на тебе места живого нет, но это просто татуировки! Разве тут есть то, что нужно так прятать!? Это даже красиво!
— Ты понимаешь, что это? — на всякий случай спросил Арланд.
— Похоже на арабскую вязь и на японские иероглифы, но этими языками я никогда не владела, — хмыкаю, рассматривая его тело.
Шея, плечи, грудь, руки, даже пальцы были покрыты татуировками, которые немного настораживали своей многозначительностью.
— Бэйр, этими знаками покрывают одержимых. Этими, — он указал на грудь, — простых чертей, этим, на руках, низших демонов, теми, что на животе — средних по силе… я всегда думал, что одержим, потому по мере того, как учился, пытался избавить себя от этого недуга. Я наносил все новые и новые знаки, которые должны были покончить с одержимостью, но ничто не помогало. Как-то, когда я уже не мог выносить ритуалов обновления, ежемесячного обновления всех рисунков, того, что ты видела недавно, я решил наколоть на шее ошейник, с последним знаком которого и я, и высшей демон внутри погибли бы. Но ничего не произошло. Я долго думал над этим и понял, почему ничего не получается… Нельзя изгнать из себя демона, если ты сам — демон. В библиотеках ордена я нашел книги, в которых говорилось о таких демонах, которые рождаются в обличии людей и растут с небывалыми способностями. Это иномиряне, демоны из кармана какого-то другого мира. Они приходят сюда по какой-то вселенской случайности и несут в себе хаос и разрушение. Если такой демон останется на свободе, может произойти катастрофа. Потому и создано Аббатство Церкви Черных Куполов. Монахи отлавливают людей, не подозревающих о своей сущности, и везут их в место, где проверяют, демоны они или нет. Над ними проводят ужасные опыты, никто не выживает уже после четвертого испытания, а всего их более сотни. Каждое испытание проявляет демона внутри, усиливает его. В Аббатстве истязают тело и душу, потому что главная цель демонической сущности — стать сильнее. Отрежь ему руку и через несколько дней при определенных условиях отрастет новая, с прочной кожей и крепкими костями, выколи глаз, и демон будет видеть в темноте без единого лучика света, искалечь душу и он станет величайшим магом… Но никто не выживает, только одному за всю историю удалось выжить и пройти через все мучения. Этот кто-то — Истэка Демонтин. Он пробыл в Аббатстве пленником около пятидесяти лет, а потом, когда стал развитым и всемогущим демоном, смог сбежать оттуда. С тех пор он живет где-то в нашем мире.
— Подожди-ка… ты хочешь сказать, что ты — демон? Демон-экзорцист!?
— Да, — кивнул Арланд. — Скорее всего это так, потому что другого объяснения своим способностям я не вижу.
— И, если это так, то ты до смерти боишься попасть в это Аббатство и… ты иномирянин!? Как и я!? Черт возьми, этот день меня убьет!!!…
От избытка чувств я просто села на ближайшую лавку, чтобы не упасть на нее в следующую же секунду.
— Ты в порядке?
— Да, немного… — киваю. — Охренеть… Нет, лучше бы ты оказался вампиром, это было бы не так удивительно!
— Прости, если напугал тебя, — виновата сказал Арланд, отойдя от меня подальше. Он неуверенно комкал в руках рубашку, думая о чем-то.
— Не напугал, но удивил — не то слово, — вздыхаю. — Только не уходи сейчас, ладно? А то будет совсем ужасно. Сядь лучше рядом, поговорим.
— О чем?
— О нас.
— О нас? — с подозрением переспросил Арланд. — То есть?
— Раз тут охотятся за иномирянами и раз они так опасны, что ты остерегаешься даже раздеться лишний раз, мне тоже есть, чего опасаться, разве нет?